«Последний заказ гробовщика»
Старое кладбище на окраине города давно обросло слухами. Говорили, что после заката там лучше не появляться: будто бы тени становятся длиннее, а из-под земли доносится тихий скрежет. Но гробовщик Игнат не верил в эти байки. Для него кладбище было просто местом работы — тихим, спокойным, привычным. Он знал здесь каждый камень, каждую тропинку, каждую могилу.
Игнат задержался допоздна: нужно было закончить новый гроб для завтрашних похорон. Дерево пахло смолой и пылью, стружка мягко ложилась на пол. Когда часы пробили одиннадцать, он закрыл мастерскую и пошёл через кладбище к выходу. Луна висела низко, словно приплюснутый серебряный диск, и отбрасывала резкие, угловатые тени.
На полпути Игнат услышал странный звук — будто кто-то царапался в крышку гроба. Он замер, прислушиваясь. Тишина. Только ветер шелестел сухими листьями. «Крысы», — пробормотал он себе под нос и пошёл дальше.
Но звук повторился. На этот раз он был громче, настойчивее. И шёл он не откуда-то издалека, а прямо из свежей могилы — той самой, где днём опустили гроб с телом старика, умершего от долгой болезни. Игнат почувствовал, как по спине пробежал ледяной холодок. Он сделал шаг назад, потом ещё один. И вдруг земля на могиле зашевелилась.
Сначала показалась рука — серая, иссохшая, с длинными, обломанными ногтями. Затем вторая. Земля осыпалась, обнажая лицо, искажённое гримасой боли и ярости. Мертвец медленно поднялся, стряхивая с себя комья грязи. Его глаза были пустыми, чёрными, без зрачков, но смотрели прямо на Игната.
Гробовщик хотел закричать, но голос застрял в горле. Он попятился, споткнулся о старую ограду и упал. В тот же миг из темноты появились ещё фигуры — один за другим мертвецы поднимались из своих могил. Их движения были неуклюжими, дёргаными, но в них чувствовалась неумолимая сила. Они тянули к Игнату свои костлявые руки, шептали что-то на непонятном языке, и шёпот этот сливался в единый жуткий гул.
«Это не может быть правдой!» — пронеслось в голове у гробовщика. Он вскочил и бросился бежать, не разбирая дороги. Ветви хлестали его по лицу, камни впивались в подошвы ботинок, но страх гнал вперёд. Он мчался мимо крестов и памятников, мимо забытых могил и покосившихся оград, пока не врезался в каменную стену. Это была задняя стена кладбища. Выхода не было.
Он обернулся. Мертвецы стояли полукругом, медленно приближаясь. Впереди всех был тот самый старик из свежей могилы. Его губы растянулись в жуткой улыбке, обнажив почерневшие зубы.
— Ты сделал для меня гроб, — прохрипел он. — Теперь он тебе пригодится.
Игнат закрыл глаза, ожидая конца. Но вместо холодных пальцев он почувствовал, как что-то тёплое коснулось его плеча. Он открыл глаза и увидел перед собой старого сторожа кладбища, который стоял с фонарём в руке.
— Эй, проснись, — тихо сказал сторож. — Ты опять уснул в мастерской. Опять эти твои кошмары.
Игнат огляделся. Он сидел на лавке в своей мастерской, рядом стоял недоделанный гроб, а за окном уже брезжил рассвет. На полу лежала стружка, а в воздухе всё ещё витал запах смолы.
Сторож протянул ему кружку с горячим чаем:
— Брось ты эти ночные смены. Кладбище — место тихое, но оно не любит, когда его тревожат.
Игнат взял кружку дрожащими руками и кивнул. Но когда он снова посмотрел в окно, ему показалось, что среди могил мелькнула тень — серая, бесформенная, будто сотканная из тумана. И на мгновение ему почудилось, что из-под свежей земли донёсся тихий скрежет…
Отправляя сообщение, Вы разрешаете сбор и обработку персональных данных. Политика конфиденциальности.