Это история о том, что происходит, когда смерть перестает быть концом и становится лишь началом чего-то гораздо более жуткого.

Это страшная история о том, что происходит, когда смерть перестает быть концом и становится лишь началом чего-то гораздо более жуткого.

Город затих необычно рано. В ту ночь не выли собаки, не гудели машины, даже ветер, казалось, боялся шевелить листву. Артем сидел в своей каморке на цокольном этаже районной больницы. Он работал ночным сторожем в морге — работа спокойная, если не считать специфического запаха и давящей тишины.

В два часа ночи привезли «нулевого». Его нашли в лесу: бледный, исхудавший, с глазами, затянутыми белесой пеленой. Врачи констатировали смерть от истощения, но на теле не было ни единой раны.

Артем закрыл за санитарами дверь и вернулся к своему чаю. Через час он услышал это.

Сначала это был шорох. Будто кто-то проводит ногтями по внутренней стороне металлического ящика. Скрёб-скрёб…
Артем замер. Мыши? В морге их быть не должно.
Скрёб-бамм! — тяжелая дверца холодильной камеры сорвалась с петель и с грохотом упала на кафельный пол.

Артем медленно поднялся, его сердце колотилось где-то в горле. Он взял тяжелый фонарь и вышел в коридор. Луч света выхватил из темноты открытую камеру. Она была пуста. «Нулевой» исчез.

— Эй? Есть кто? — голос Артема дрогнул.

Вместо ответа из глубины зала донеслось чавканье. Тягучее, влажное, как будто кто-то месит сырое тесто. Артем направил фонарь в угол. Там, скорчившись, сидел мертвец. Он не ел. Он… вшивал себе в предплечье кусок кожи, оторванный от другого тела, лежавшего на соседней кушетке. И он делал это быстро, профессионально, орудуя какими-то зазубренными костями.

Мертвец обернулся. В его белесых глазах не было голода. Там была холодная, расчетливая пустота. Он не зарычал. Он прошептал, и этот шепот отозвался болью в ушах:

— Нам… не хватает… материала…

В ту же секунду из других камер начали доноситься удары. Мертвецы не просто просыпались. Они координировались.

Артем бросился к выходу, но тяжелая стальная дверь была заблокирована снаружи. В окнах он увидел десятки теней. Город не спал. Город перерождался. Те, кто умер вчера, ловили тех, кто был жив сегодня, но не для того, чтобы съесть. Они «собирали» их, сшивая конечности и органы в огромные, пульсирующие живые механизмы.

Артем забился в угол своей каморки, слушая, как в коридоре десятки босых ног шлепают по лужам крови.

— Открой… Артем… — прошелестело за дверью. — У тебя… хорошие… руки… Они станут нашими… крыльями…

P.S. Понравилась история — поделись с друзьями. Также можно сказать спасибо автору — сколько не жалко))